reich_erwacht (reich_erwacht) wrote,
reich_erwacht
reich_erwacht

Category:

Миф об Альберте Эйнштейне часть 2

Сионист и интернационалист

Известно, что идеологической основой сионизма является иудаизм. Сионистские убеждения Эйнштейна "возникли не на пустом месте. Эйнштейн с ранних лет прекрасно знал, судьбу какого народа он разделяет. Когда в 1901 году еще молодым человеком он думал о преподавательской работе, то писал, что по его убеждению, антисемитизм, распространенный в немецкоязычных странах, окажется для него одним из основных препятствий" (П.Картер, Р.Хайфилд, - выделено В.Б.).

В детстве основы иудаизма Альберту преподавал один из родственников. Мальчик так им проникся, что отказывался есть свинину, а в одиннадцать лет слагал гимны Господу и пел их на улице. В письме 1920 года он пишет, что школа была достаточно либеральной и как еврей он не подвергался никакой дискриминации со стороны учителей. Потом он скажет, что до конца осознал свою принадлежность к евреям только после первой мировой войны, когда его вовлекли в сионистское движение.

Тема антисемитизма пронизывает всю жизнь Эйнштейна. Что примечательно: если еврей получает на экзаменах такие же оценки, как и нееврей и оба не поступают, допустим, в высшее учебное заведение, то считается, что нееврей не поступил по причине собственной дурости, а еврей - по причине антисемитизма.

По-видимому уже в начальной школе, Эйнштейн "впервые столкнулся с антисемитизмом, брызги антисемитизма ранили Эйнштейна не потому, что он был их жертвой, а потому, что они противоречили уже поселившимся в его сознании идеалам разума и справедливости. Во всяком случае, они не вызывали у Эйнштейна (ни в то время, ни позже) чувства национальной обособленности; напротив, они вкладывали в его душу зародыши интернациональной солидарности людей, преданных этим идеалам" (Б.Г.Кузнецов, выделено В.Б.).

Характерный штрих к этой характеристике - с одной стороны, Эйнштейн впоследствии написал: "Командный героизм, пути оглупления, отвратительный дух национализма - как я ненавижу все это" (выделено В.Б.).
С другой стороны, польский еврей Леопольд Инфельд, обратившийся за помощью к Эйнштейну, написал: "Эйнштейн внимательно слушал. - Я охотно написал бы вам рекомендательное письмо в прусское министерство просвещения, но это ни к чему не приведет. - Почему? - Потому что я дал уже очень много рекомендаций. - Потом добавил тише, с усмешкой: - Они антисемиты. Он на минутку задумался, шагая взад-вперед по комнате. - То, что вы физик, упрощает дело. Я напишу несколько слов профессору Планку; его рекомендация значит больше, чем моя. Так будет лучше всего! ...Наконец он нашел бумагу и набросал несколько слов. Он сделал это, не зная, имею ли я хоть какое-нибудь представление о физике" (выделено В.Б.).
Это, конечно, яркий пример проявления интернационализма и борьбы за чистоту науки Эйнштейна!
Добавим, что по свидетельству Иоханнеса Виссерта ("Альберт Эйнштейн"), который свою диссертацию посвятил Эйнштейну, "многие студенты и ученые, особенно те, кому пришлось выехать из Германии "в связи с еврейским происхождением", стали обращаться к нему за советом и помощью. Эйнштейн, несмотря на замкнутый характер его жизни, все же был открыт и доступен для людей, ищущих поддержки. Рассказывают, что когда в Институте Рентгена открылись вакансии и было множество желающих на место, почти каждый из соискателей предъявлял рекомендацию от Эйнштейна."

П.Картер и Р.Хайфилд, описывая эпизод отказа Адлера от профессорской должности в пользу Эйнштейна, отмечают, что будущие факультетские коллеги отметили свойственные Эйнштейну "неприятные качества", столь распространенные среди евреев. По их мнению, к таким свойствам относились "назойливость, наглость и торгашеское отношение к академическим должностям". К счастью для Эйнштейна, сотрудники факультета все же сочли недостойным превращать бытовой антисемитизм в кадровую политику" (выделено В.Б.).

В период работы Эйнштейна в Праге его биографы отмечают, что антисемитизм был давно распространен среди чехов, и Эйнштейн с Милевой не могли вписаться в общество этого многонационального города.

В действительности же, Милева "не имела желания "вписываться" в круг профессорских жен... потому, что они не скрывали своего пренебрежительного отношения к славянским народам (а Милева была сербиянкой)... ".
"Пребывание в Праге оказалось полезным для Эйнштейна... Группа горожан иудейского происхождения оказывала здесь поддержку развитию искусства, литературы, философии. Они были близки международному сионизму - своего рода иудейскому национализму. И хотя в то время их вождю Хуго Бергману, несмотря на то что он вел с Эйнштейном продолжительные беседы, не удалось привлечь его к сионизму, позднее Эйнштейн страстно вступился за своих еврейских собратьев" (Й.Виккерт).
Интернационалист Эйнштейн трудно смирялся с "всепроникающей пражской грязью и царившей в городе мерзостью запустения", а бытовой проблемой были блохи, которых занесли в квартиру вместе с купленным Эйнштейном старым матрасом. Сам же Эйнштейн шутил: "Чем грязнее нация, тем она выносливее" (эта "шутка" была взята в качестве названия одной из глав биографии Эйнштейна, написанной П.Картером и Р.Хайфилдом - выделено В.Б.).

Интересно, что абсолютно все биографы отмечают, мягко говоря, крайнюю неряшливость гения всех времен и одного народа, поэтому здесь следовало бы сказать: "Чья бы корова мычала, а твоя бы молчала".

Любимым же анекдотом пражского периода Эйнштейна был: "Двое немецких профессоров видят, что уличная вывеска над тротуаром покосилась и вот-вот упадет. "Ну, это ничего, - говорит один из них. - Надо надеяться, свалится на голову какому-нибудь чеху"".

В то же время описывается такой пример "проявления антисемитизма": официальные лица в Праге отнеслись к Эйнштейну подозрительно, когда он сказал, что не исповедует никакой религии и сразу же успокоились, когда он подобающей торжественностью объявил себя иудеем" (выделено В.Б.).

В 1920 году, по замечанию его биографов, Эйнштейна "начали травить, против него объединились антисемиты, научные противники и люди, не принимающие его пацифизма".

Утрату лидирующего положения в науке Эйнштейн компенсировал все более активным участием в общественной жизни, в сионистском движении. В 1921 году Эйнштейн вместе с Хаимом Вейцманом, будущим первым президентом Израиля, отправился в лекционное турне по Америке с целью сбора средств для еврейского университета в Палестине, который стал бы культурным центром еврейского народа. Двумя годами позже он посетил Палестину и стал первым почетным гражданином Тель-Авива.

"Когда Эйнштейн... официально приветствовал исполнительный совет сионистской организации Палестины, он принес извинения за неумение говорить на иврите, сказал, что его мозг не приспособлен для этого языка" (Дэнис Брайен, "Альберт Эйнштейн", "Попурри", Минск, 2000).

На приеме в еврейской школе городка Лемель Эйнштейн сказал: "Сегодня - величайший день в моей жизни. Наступила великая эпоха, эпоха освобождения еврейской души; это было достигнуто сионистским движением, так что теперь никто в мире не способен уничтожить достигнутое" (там же).

Посадив дерево на горе Кармель, Эйнштейн посетил среднюю школу и технический колледж Хайфы и был удостоен звания почетного гражданина Тель-Авива.

В 1923 году Эйнштейн говорил: "Собирайте больше денег", а затем сказал Хаиму Вейцману: "Трудности велики, но настроение уверенное, и работа идет такая, которой можно только поражаться".

Эйнштейн как-то написал Бессо, который собирался посетить Иерусалим: "Наши евреи много делают и, как обычно, все время ссорятся. И это дает мне массу работы, потому что, как ты знаешь, они считают меня чем-то вроде еврейского святого" (Д.Брайен, "Альберт Эйнштейн").

В то же время Эйнштейн помог основать организацию под названием "Ассоциация друзей новой России". Д.Марьянов пишет, что особенно сильное впечатление на Эйнштейна произвело искоренение в советской России проституции. Но Эйнштейн никогда не намеревался посетить Россию.

И хотя, по мнению биографов, Эйнштейн хорошо относился к России, но своих соплеменников он любил больше, а потому просил министра финансов Германии Рудольфа Гильфердинга предоставить политическое убежище Л.Троцкому, изгнанному из СССР.

В 1929 году, в Цюрихе, Эйнштейн участвовал в работе сионистского конгресса. В этот период он встретился с Милевой и сыном Эдуардом, на вопрос которого: "Почему ты на еврейской конференции, а не научной?" - Эйнштейн с невозмутимым видом ответил: "Потому что я - еврейский святой" (Д.Брайен). Как говорят в таких случаях: "в скромности не откажешь!".

Эйнштейн и Фрейд

Известно, что: "Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты". Читаем статью М.Коврова "Ландау и другие" ("Завтра" №17 (334), 2000):

"В 1936 г. Эйнштейн пишет Фрейду, что он рад счастливой возможности выразить одному из величайших учителей свое уважение и благодарность.

"До самого последнего времени я мог только чувствовать умозрительную мощь вашего хода мыслей, - пишет Эйнштейн, но не был в состоянии составить определенное мнение о том, сколько оно содержит истины. Недавно, однако, мне удалось узнать о нескольких случаях, не столь важных самих по себе, но исключающих, по-моему, всякую иную интерпретацию, кроме той, что дается теорией подавления. То, что я натолкнулся на них, чрезвычайно меня обрадовало; всегда радостно, когда большая и прекрасная концепция оказывается совпадающей с реальностью".

"Это конечно, другая всемирная история (пишет М.Ковров), сам стиль мышления "исключает всякую иную интерпретацию". Что такое Фрейд, хорошо известно: "Два вида первичных позывов: Эрос и садизм"; "Цель всякой жизни есть смерть"; "Массы никогда не знали жажды истины. Они требуют иллюзий, без которых они не могут жить. Ирреальное для них всегда имеет приоритет над реальным, нереальное влияет на них почти так сильно, как реальное. Массы имеют явную тенденцию не видеть между ними разницы"; "В 1912 г. я принял предположение Дарвина, что первобытной формой человеческого общества была орда".

"Подобные пошлости всегда были чужды русской культуре", - отмечает М.Ковров.

Выше были приведены слова Эйнштейна из его личного письма к Фрейду, но по данным Картера и Хайфилда Эйнштейн говорил своему сыну Эдуарду, что читал работы Фрейда, но не обратился в его веру, считая его методы сомнительными и не вполне корректными. Видимо, зная о таком двойственном отношении к себе со стороны Эйнштейна, в 1936 году Фрейд ему написал: "Я знаю, что вы высказывали мне свое восхищение "только из вежливости" и очень немногие из моих тезисов кажутся вам убедительными".

Здесь необходимо отметить, что в списке "Сто великих евреев" ("Эхо планеты", декабрь 1994) Фрейд занимает четвертое место, сразу за Эйнштейном. Мнение самого Фрейда о подобной компании можно узнать из книги "Сто великих ученых": "В 1921 году Лондонский университет объявил о начале цикла лекций о пяти великих ученых: физике Эйнштейне, каббалисте Бен-Маймониде, философе Спинозе, мистике Фило. Фрейд в этом списке был пятым. Его выдвинули на Нобелевскую премию за открытия в области психиатрии. Но получил премию коллега Фрейда Вагнер-Яуреггу за метод лечения паралича путем резкого повышения температуры тела. Фрейд заявил, что Лондонский университет оказав ему большую честь, поставив рядом с Эйнштейном, а сама премия его не волнует. "Причем этому парню было намного легче, - добавлял Фрейд, - за ним стоял длинный ряд предшественников, начиная с Ньютона, в то время как мне пришлось в одиночку пробираться через джунгли..."

Дайте слово Логунову

Так называется статья Ю.Писарева, опубликованная в газете "Дуэль" № 8, апрель 1998 года. Ниже с небольшим сокращением приводится ее текст.

"Прочитав в №№ 10 и 21 за 1997 г. "Дуэли" статьи: "Гений еврейской сотни" и "дело "Эйнштейнов" живет и процветает", я был удивлен тем, что в справедливой критике "Теории относительности" использованы лишь частные аргументы и совершенно не упоминаются главные и определяющие аргументы, например, такие, которые дал в своих работах еще в 1982-1986 гг. академик А.А.Логунов (с сотрудниками), и которые фактически служат смертным приговором "теории относительности".

Так в работе "Объясняет ли общая теория относительности гравитационные эффекты" (изд. МГУ, 1986 г.) он пишет: "Таким образом, при более глубоком рассмотрении общая теория относительности (ОТО) оказывается несовместимой с фундаментальными законами природы - законами сохранения энергии, импульса а момента количества движения...

Ни в макро-, ни в микромире пока нет ни одного экспериментального указания, прямо или косвенно ставящего под сомнение справедливость этих законов. Поэтому ОТО как теория, лишенная этих законов, с физической точки зрения не может считаться удовлетворительной... В силу сказанного выше это может означать лишь одно: отказ от ОТО как физической теории".

Справедливости ради надо отметить, что на данные обстоятельства еще в 1917 г. обратил внимание Гильберт, однако его замечания были Эйнштейном по сути дела проигнорированы и последующие работы Эйнштейна в том направлении оказались глубоко ошибочными. А.А.Логунов показал, что ошибки Эйнштейна кроются в математических преобразованиях (операции с нулевой величиной), что, в общем-то, закономерно - Эйнштейн и в ученические годы не очень ладил с математикой (зато быстро поладил с сионистами).
Но не только уничтожающую критику ОТО дал в своих работах А.А.Логунов, но и разработал новую теорию, объясняющую всю совокупность гравитационных эффектов... А.А.Логунов, вне всякого сомнения, является одним из наиболее выдающихся физиков нашего столетия, но совершенно не рекламируемым и потому не известным в широких кругах.
Добавим: "В 1964 г. Президиум АН СССР издает закрытое постановление, запрещающее всем научным советам и журналам, научным кафедрам принимать, рассматривать, обсуждать и публиковать работы, критикующие теорию Эйнштейна" (журнал "Молодая Гвардия" № 8, 1995 год).
Tags: Мифы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments